Логин или email

Пароль

 
 
 

Регистрация   Напомнить пароль

 
 

 
 

Интервью

Новые   Популярные   Обсуждаемые   Все

Смолин Олег Николаевич

заместитель председателя Комитета Государственной Думы Российской Федерации по образованию

1 сентября 2013 года вступает в силу Федеральный закон «Об образовании в Российской Федерации» от 29 декабря 2012 года № 273-ФЗ. Какие изменения в работе он принесет общему образованию в целом и школам в частности? Чего ожидать учителям и директорам? Какие перспективы у педагогического образования? Ответы на эти и другие вопросы в интервью нашему журналу дал заместитель председателя Комитета по образованию Государственной Думы Российской Федерации Олег Николаевич Смолин.

«Директор школы» №5, 2013. Записано 21.02.2013


«На каждый шаг вперед – три назад»

 

Итоги года в образовании. Что удалось правительству в плане изменений, что нет за прошедший год, на Ваш взгляд?

Все зависит от того, что считать поставленными целями. Если поставленными целями считать те законы, которые приняты, то правительству в основном все удалось. Была поставлена цель ввести в 2012 году Федеральный закон № 83-ФЗ «Об автономных, бюджетных, казенных учреждениях»,  и он вступил в силу. Хотя против этого закона было собрано 7 миллионов подписей,   этого не хватило даже для того, чтобы заставить Госдуму рассмотреть вопрос о его отмене. На все мои попытки потребовать рассмотрения этого закона я слышал примерно следующее:  народ сам не понимает своего счастья, вот введем закон, и  все успокоятся. То есть были нарушены элементарные правила парламентской работы, так как  считается, что даже при 100 тысячах подписей «против» мы обязаны рассмотреть какую-либо общественную инициативу. А уж при 7 миллионах подписей  правительство было обязано вынести на пленарное заседание этот закон. 

Теперь что касается целей, поставленных в новом Федеральном законе «Об образовании». Мы помним, что перед направлением в Госдуму этот закон подвергся резкой «зачистке» со стороны Минфина и наиболее важные социальные положения были вычеркнуты. Они касались средней зарплаты педагогических работников, платы за общежития для студентов,  размера стипендий и т. д. Последние поправки, которые были по этим пунктам,  в закон не попали, депутаты попытались вернуть их обратно, но не получилось. Так что если ставилась задача дальнейшей резкой коммерциализации образования,  если ставилась задача принятия закона, который еще более бы сузил полномочия парламента  и наличие соцгарантий, то этот закон принят и вступает в силу с 1 сентября 2013 года.

Вообще, в этом законе мы насчитали порядка семи позиций в «плюс» системе образования и порядка двадцати в «минус», т.е. на каждый шаг вперед – три назад.  Не факт, что я  вспомню все семь, но несколько назову.

Первое,  это все-таки ожидаемое некоторое повышение зарплаты учителям, но, возможно, в основном за счет интенсификации труда, мы еще поговорим об этом более подробно.

Второе, закон предусматривает так называемые сетевые формы реализации образовательных программ, иначе говоря, совместных. Это значит, что необязательно каждой школе все материальные и технические ресурсы иметь у себя, можно пользоваться ресурсами других школ. Например, нет у директора в школе мастерских, он использует для обучения детей базу коллеги.

Третье, информатизация. Теперь будет обязательной максимальная открытость образовательного учреждения, а это значит работа с сайтами, электронными журналами и дневниками будет продолжаться. Правда, пока я вижу, что электронный журнал не отменил бумажную версию и учителю приходится выполнять двойную работу, а это означает дополнительную нагрузку.

Четвертое,  нам удалось продвинуть несколько положений, связанных с образованием инвалидов. Например, инвалиды с детства могут теперь воспользоваться льготами при поступлении в вузы, теперь все это прописано в законе…

Вы сказали о «дальнейшей резкой коммерциализации образования». Как это скажется на школах?

По прежнему закону школа, как и другое образовательное учреждение, представляло собой некоммерческую организацию.  У нее были другие цели. Согласно Закону № 83-ФЗ, цитирую близко к тексту: «де факто некоммерческие учреждения превращаются в коммерческие организации». Официально это  «новые бюджетные учреждения с расширенными правами»,  по статусу очень близки к унитарным коммерческим организациям. Поскольку главная цель коммерческой организации – зарабатывание денег, меняется вся идеология школы, оценка работы этих учреждений и т.д. В свое время (сейчас не знаю, сохранилось это или нет) московским школам выдавали планы зарабатывания денег. Я как-то приезжал в одну из школ Москвы, и мне рассказывали, как им советовали купить макаронную машину…  Есть и более простой вариант, часто встречающийся. Расскажу на примере  знакомого мне родителя. Его ребенок ходит в первый класс, сверх программы в первом классе предложены два предмета: информатика и, что особенно занятно,  риторика. Понятно, что предметы платные, но, более того, эти предметы поставлены в обычное расписание уроков еще и таким образом, что, если родители отказываются от этих предметов, ребенок будет «болтаться» по школе в течение часа-двух. Плюс еще родители хотят, чтобы ребенок развивался, они отдают его на  курсы дополнительного образования. В Москве есть льготные курсы дополнительного образования по 2000 рублей, а есть нельготные – по 6000 тысяч. Они выбрали льготные. В общей сложности, с учетом трех курсов и двух дополнительных предметов в школе, у них плата за образование в первом классе составила порядка 8 000 рублей в месяц. Согласитесь, не каждая семья может себе такое позволить даже в Москве, не говоря уже про другие регионы. Хотя и в регионах тоже стараются коммерциализировать все, что возможно,  но уровень дохода граждан не всегда это позволяет. И директор в этом плане тоже ничего поделать не может, потому что перед ним поставлена задача – школа должна зарабатывать деньги.

По данным портала Superjobна 2011 год, расходы на образование увеличились существенно, в 2011 году многим респондентам пришлось платить за то, за что они не платили в 2010, и тенденция сохраняется.

Новый закон «Об образовании». Прокомментируйте, пожалуйста,  изменения, которые теперь коснутся коррекционных и малокомплектных школ? 

Начнем с малокомплектных школ. Все мы неоднократно слышали заявления Дмитрия Ливанова о том, что пора остановить ликвидацию сельских школ. Это, конечно, похвально, правда, почти все, что можно было закрыть,  уже закрыли,  но дело не только в этом. В новом законе прописаны нормативы малокомплектной сельской школы, которые  должны учитывать расходы, не связанные с количеством детей. То есть все-таки есть попытки ввести хотя бы частичный запрет на подушевое финансирование, которое, строго говоря, и привело к резкому сокращению сельских школ. Даже в 90-е годы школы почти не закрывались, школы стали резко закрываться после 2004 года, и при прежнем министре Андрее Фурсенко было закрыто  порядка  15 тысяч из 20 тысяч сельских школ. Сельские школы традиционно составляли 2/3 от общего числа, и сегодня это соотношение уменьшилось, так как в основном закрывались  именно сельские школы.

Если взять «дорожную карту», утвержденную правительством, то там написано, что сегодня  9,9 ребенка приходится на 1 учителя, а к 2018 году должно стать 13 детей на 1 учителя. То есть примерно  20% учителей должны уйти. Эксперты подсчитали, что к 2018 году собираются уволить порядка 90 тысяч учителей, и это ужасно. Кроме того, это будет означать, что ликвидацию сельских школ никто не собирается останавливать, потому что наименьшее количество детей приходится именно на учителя сельской школы. Все это скажется на нагрузке учителя – она увеличится, и, как следствие, упадет качество образования.  А ведь самая трудная работа учителя – не вести уроки, а готовиться к ним. Еще в советское время было подсчитано, что если вы учитель истории, то ваша рабочая неделя порядка 48 часов, а если вы учитель литературы, то под 60 часов. Я  сам в прошлом учитель истории, а мама у меня учитель литературы, поэтому  могу подтвердить и то, и другое.  Но сегодня, в среднем, у учителя нагрузка 26 часов в неделю, и это только ставка, без времени на подготовку уроков, а у очень многих 30 и более часов. О какой качественной  подготовке к занятиям учителя может идти речь? Поэтому я думаю, что принятая правительством «дорожная карта» приведет к понижению качества школьного образования. Нельзя превращать учителя в ломовую лошадь! Говоря словами Сухомлинского: «Если мы хотим, чтобы учитель дал ребенку искорку света, он должен впитать море знаний». Но о каких новых знаниях может идти речь при таких нагрузках?

С коррекционными школами ситуация такая. В новом законе коррекционная школа ликвидирована как тип. На мой взгляд, ликвидация типа коррекционной школы в законе ускорит ликвидацию коррекционной школы в жизни. Она и так наблюдается в целом ряде регионов, и происходит это под прикрытием понятия «инклюзия». Это в целом очень важное и нужное понятие имеет в данном случае и оборотную сторону: часть региональных властей увидели в таком изменении типа школ экономию денег. Например, коррекционная школа расформировывается, «уходят» интернатные расходы, детей помещают в обычные школы, но забывают вкладывать деньги в создание особых условий для детей с ОВЗ в обычной школе или специально экономят на этом. Получается, что качество инклюзивного образования для этих детей, по сравнению с коррекционным, резко падает. Достоинства же инклюзии оказываются минимальными в такой версии. Раньше была задача дать возможность учиться вместе детям обычным и с ОВЗ, родители которых хотят этого, сейчас задачи две, и права человека нарушаются по двум  линиям. Первая – сохранить коррекционное образование, и вторая –  развивать параллельно образование инклюзивное, обе системы должны существовать. Но правительство поступило проще для себя, правительство сделало вид, что к школе оно отношения не имеет. Согласно нашим законам, в том числе № 95, 131, 122 и новейшим законам, школа передана в зону ответственности региональных властей  и делайте, что хотите. На мой взгляд, у нас, таким образом, нарушена 114-я статья Конституции, которая обязывает правительство проводить единую федеральную образовательную политику. Какая единая политика может быть, если школа целиком подчинена  региональным властям? Какая единая политика, если финансирование образования в расчете на одного ученика в разных школах разных регионов различается в десятки и более раз?

Какая единая политика, если заработная плата учителей по России различается в пять-семь раз? Все это разрушает единое образовательное пространство.

Согласно новому закону, изменится статус средних общеобразовательных заведений, исчезнут гимназии и лицеи, к каким последствия для школ это может привести?

В принципе, никто не запрещает гимназиям и лицеям так называться, но претендовать на дополнительное финансирование они уже не смогут. Мы давали поправки по сохранению гимназий и лицеев,  но их не приняли. Тревога педагогов и ученых понятна: невозможно провести нетиповые учебные заведения через 82-ю статью закона, потому что нетиповые учебные заведения – это отклонение от  правил. Раньше гимназии и лицеи были видами ОУ определенного типа, а теперь они станут нетиповыми, и это исключение. Вполне вероятно, что тревога окажется оправданной, и доступ детей к качественному образованию сократится. Делается это под лозунгом обеспечения равенства образовательных возможностей. Но у нас, как только мы хотим ввести «дикий капитализм», мы обязательно вспоминаем про «казарменный коммунизм». Приведу пример –  налоги. Объявили, что все должны платить одинаковые налоги, но нигде в мире школы не заставляют платить налоги наравне с Газпромом! А у нас это возможно.

Что меняется в системе оплаты педагогических работников?

Это как раз один из немногих положительных моментов в новом законе, где прямо  прописано: норматив учителя должен исходить из того, что зарплата должна быть на уровне средней по региону. Это хорошо, так как, в отличие от министра образования, министр труда нам недавно говорил, что порядка 70% учителей получают зарплату, равную средней по региону. Это ближе к истине, чем заверения Ливанова о том, что все учителя так получают. Я считаю, что это шаг вперед, хотя очень неоднозначный. Есть два серьезных недостатка этой системы.

Первый недостаток – она вольно или невольно заставляет увеличивать нагрузку учителю. Гораздо проще повысить зарплату через интенсификацию труда и повышение нагрузки. Например,  в июле 2012 года на заседании Открытого правительства во время моей дискуссии с Дмитрием Медведевым учитель из Липецка сказал, что у него зарплата всего на тысячу рублей меньше, чем в регионе, но за две ставки. Я недавно посчитал зарплату моей аспирантки, которая работает в школе в Московской области (не самом худшем регионе) за одну ставку: 12 000 рублей. А зарплата в Московском регионе порядка 27 000 рублей. Больше ничего из закона «Об образовании» об оплате труда мы не узнаем. Все остальное – либо из указов президента, либо из «дорожной карты», которая готовилась на базе этих указов. Однако из «дорожной карты» мы узнаем, что увеличение зарплаты идет не за счет увеличения денег в зарплатный фонд, а за счет интенсификации труда.

Какие перемены ждут профессиональное образование согласно новому закону, какие «плюсы» и «минусы»?

Педобразование – зона самой большой тревоги. По итогам мониторинга за прошлый год 30 педагогических вузов оказались неэффективными. Но дело в том, что мониторинг изначально был по таким параметрам, по которым качество образования измерить невозможно. А если вуз еще и выполняет социальную миссию, такой как педагогический, или вуз культуры, или сельскохозяйственный, или обучающий инвалидов, то он находился в заведомо проигрышном положении. Например, средний балл ЕГЭ – ключевая фигура для оценки эффективности работы вуза… но ведь средний балл ЕГЭ зависит не от того, хорошо или плохо работает вуз, а от того, престижная специальность или нет. Мы-то считали, что педагогические вузы включат в так называемую первую группу, где признаки неэффективности связанны со спецификой работы, т.е. туда, где мониторинг вообще не причем. Но этого не сделали, и Министерство образования «высекло» свои родные вузы, которые готовят кадры для того же министерства. И я убежден, что, если педвузы будут закрывать, объединять, присоединять к классическим университетам, через несколько лет мы столкнемся с большим дефицитом педагогических кадров. Ведь чтобы классический вуз подготовил грамотного педагога, вузу нужны специальные программы, а их нет. Да, у нас есть вузы, где хорошая классическая база, но там  студентов к школе не готовят. И если выпускник педучилища в начале своей профессиональной деятельности имеет преимущество перед выпускником педвуза, потому что в училище практической базы больше, то выпускник педвуза, как правило, имеет преимущество перед выпускником классического института. Педагогика – это не столько наука, сколько искусство, и в школу надо идти уже с определенными практическими умениями.

Например, в Казахстане сделали сначала так же, как и у нас, педвузы присоединили к другим институтам. Через некоторое время выяснилось, что детей учить некому, и педвузы восстановили, и они теперь находятся под личным патронажем президента Республики. Неужели нам тоже нужно наступать на те же грабли или все же лучше изучить чужой опыт?

Чего, на Ваш взгляд, сегодня не хватает отечественной системе образования?

На мой взгляд, нашему образованию не хватает двух самых главных вещей: нормальной философии и финансов. Что значит «нормальная философия»? В последнее время у нас произошел откат от гуманистической философии образования, традиции, которой мы всегда следовали. Например, нас активно убеждают, что образование представляет собой часть сферы услуг. На мой взгляд, это огромное заблуждение, и образование – это не часть сферы услуг, а часть сферы производства, причем самой важной – производства самого человека. И если когда-то, 50 лет назад, нам говорили, что самое главное – это «производство для производства средств производства», и тогда это было в значительной степени справедливо, то теперь нам говорят, что главное для развития производства – это человеческий фактор, человеческий потенциал.

Так вот образование – это производство человека и человеческого потенциала. Как и работа в системе образования. Нам говорят:  «Оказание услуг», ничуть не бывало! Работа в образовании – это не услуга, а служение, как только мы сводим эту работу к услугам, мы  уничтожаем все духовное содержание отношений учителя и ученика, на котором только и может строиться нормальная система образования. Нам говорят, что образование – это бремя государства, и, собственно, из этого исходили в правительстве, когда выкидывали льготы для сельского учителя и т.д. Я считаю, что вложение в образование – это крайне выгодные инвестиции. Я считаю, что экономить на образовании хуже, чем «топить ассигнациями», как говорил Д.И. Менделеев. Например, бывший министр образования Андрей Фурсенко, во время форума на Селигере утверждал, что старая система образования была  плохая – ставила задачи воспитания многосторонне развитой личности, а новая должна быть хорошая – готовить квалифицированного потребителя… Возникает вопрос: если все будут потреблять, то кто будет творить? И такого «квалифицированного потребителя» мы уже наблюдали по итогам исследования интересов пользователей Интернета из разных стран к научным знаниям. В 2011 году Googleпровел исследование на тему, какие запросы в разделе «наука»  делаются в разных странах. В мире в основном запросы такие: математика, Луна, ДНК, Википедия, химия, Большой взрыв… В России: ЕГЭ, готовые домашние задания, решебник, ЕГЭ по алгебре, ЕГЭ по литературе… То есть 8 из 10 запросов в России рассчитаны не на знания, а на «халяву». Произошло полное смещение, в результате которого естественная страсть человека к познанию была подменена страстью к готовым решениям.

И, наконец, вопрос, связанный с тем, на что должна ориентироваться школа:  на фундаментальное образование или на функциональную грамотность. Собственно, что делает ЕГЭ? Он заставляет детей учить только те предметы, которые требуются при поступлении в вуз, таким образом полностью разрушается система настоящего общего среднего школьного образования, мы воспроизводим частичного человека. Я считаю, что фундаментальность образования обязательно должна обеспечиваться, что весь набор предметов, так называемый «золотой стандарт», должен присутствовать в школьной программе каждого ребенка. Да, есть дети, у которых в течение учебы способности к тем или иным предметам проявляются в большей степени, чем у других сверстников, и тогда они выбирают усиленный курс. Но, с другой стороны, как, например, можно выбрать в девятом классе  философию, когда сам предмет появляется только в  одиннадцатом? Нельзя невесту выбирать по имени, нужно хотя бы в лицо посмотреть.

Интервью провела Е. Терешатова.

   
 
 
 

21.02.2013  |  Просмотров: 7628  |  Комментариев: 3

Опубликовать в своем ЖЖ (Livejournal) Опубликовать в Твиттере Поделиться ВКонтакте Поделиться в Моем Мире Поделиться в Яндекс.Блогах Поделиться в Facebook

Для того, чтобы оставлять комментарии, вам нужно авторизоваться на сайте.

Если вы еще не являетесь пользователем этого сайта — самое время зарегистрироваться.

 

 

Надо понимать, что Комитет Госдумы РФ по образованию есть, но существует номинально, и его никто слышать не хочет, а ведь анализ ситуации точный, значит, есть профессионально думающие люди, адекватно оценивающие происходящее. Кто же тогда прекратит эту затянувшуюся идеологическую диверсию в образовании и зачем тогда такой Комитет?

 Муругова Елизавета Геннадьевна   21.02.2013 в 18:30

 

Только я, так как анализ ситуации не точный.

 Ветчинников Геннадий Петрович   09.03.2013 в 10:04

 

Педагогика- это не столько наука, сколько искусство. Вы далеко не точны. Она изначально не наука. В смысле комплектования классов. У вас у многих хватает терпенья вести дискуссии с себе подобными, но не хватает малейшего усилия, чтобы хотя бы понять, чем иные отличаются от вас.

 Ветчинников Геннадий Петрович   09.03.2013 в 10:12

 


 

Новые интервью

Мокринский Михаил Геннадьевич

директор Международной школы «Летово»

Цандекиди Александр

генеральный директор компании «Музенидис Тревел»

Филонович Сергей Ростиславович

профессор, декан Высшей школы менеджмента НИУ ВШЭ

Поливанова Катерина Николаевна

профессор, доктор психологических наук, директором Центра исследований современного детства НИУ ВШЭ

Ленская Елена Анатольевна

декан факультета менеджмента в сфере образования Московской высшей школы социальных и экономических наук, кандидат педагогических наук

 


 

Самые популярные интервью

Волков Сергей Владимирович

учитель русского языка и литературы ГОУ ЦО № 57 г. Москвы, член Комиссии по развитию образования Общественной палаты РФ.

Ковалева Татьяна Михайловна

президент МОО «Межрегиональная тьюторская ассоциация», д.п.н., профессор кафедры педагогики МПГУ, руководитель тьюторской магистратуры

Рачевский Ефим Лазаревич

директор центра образования №548 «Царицыно», Народный учитель России, член комиссии Общественной палаты РФ по развитию образования

Ямбург Евгений Александрович

директор ЦО №109, г. Москва

Шимутина Елена Николаевна

Директор Института развития государственно-общественного управления образованием

 


 

Самые обсуждаемые интервью

Волков Сергей Владимирович

учитель русского языка и литературы ГОУ ЦО № 57 г. Москвы, член Комиссии по развитию образования Общественной палаты РФ.

Ямбург Евгений Александрович

директор ЦО №109, г. Москва

Поздяев Евгений Евгеньевич

Руководитель школы «Опыт нового поколения», автор игровых программ

Бунимович Евгений Абрамович

Уполномоченный по правам ребенка в г. Москве, Заслуженный учитель РФ

Иноземцев Владислав Леонидович

доктор экономических наук, директор Центра исследований постиндустриального общества

 


 

Все интервью пофамильно

Поздяев Евгений Евгеньевич

Руководитель школы «Опыт нового поколения», автор игровых программ

Аверкин Владимир Николаевич

Председатель Комитета образования, науки и молодежной политики Новгородской области

Адамский Александр Изотович

научный руководитель института проблем образовательной политики «Эврика», кандидат педагогических наук

Архангельский Александр Николаевич

телеведущий, писатель, ординарный профессор факультета коммуникаций, медиа и дизайна НИУ ВШЭ

Болотов Виктор Александрович

вице-президент Российской академии образования

 

 
 

 

  Издательская фирма «Сентябрь»  
 

Журналы

Журнал руководителя управления образованием

Директор школы

Практика административной работы в школе

Юридический журнал директора школы

Практика управления ДОУ →

Книги

Библиотека журнала «Директор школы»

Электронные книги

Компакт-диски

Управленческий опыт

Нормотворческая деятельность

Методическая поддержка

Педагогика и психология

Интернет-проекты

Direktoria.Org

    

Интернет-магазин

Первый в России специализированный интернет-магазин для школьной администрации, методистов  и педагогов.
 

http://shop.direktor.ru


Директору
Завучу
Педагогу
Воспитателю

 

Заказ товаров через интернет и по телефону. Доставка почтой по России. Любые формы наличной и безналичной оплаты, наложенный платеж, платежные системы.

Новостные рассылки

Выберите интересные вам темы и подпишитесь на них, перейдя по ссылке:

Рассылки для руководителей образования →

    

Контакты

Телефон: (495) 710-30-01

Факс: (495) 710-30-02

Электронная почта: info@direktor.ru

Адрес и схема проезда

 

Авторам

Рекламодателям

Распространителям

Подписным агентствам

 

 

 

 

В социальных сетях:

Блог «Директора школы» на pedsovet.org Сообщество «Директор школы» в Живом Журнале Твиттер «Директора школы» Группа «Директор школы» Вконтакте Сообщество для руководителей сферы образования в Фейсбуке Группа «Директор школы» на Профессионалы.ru Сообщество «Директор школы» в МойМир
 

 

 
 



© ООО «Издательская фирма «Сентябрь».
Коммерческое использование материалов сайта запрещено. Некоммерческое использование допускается только при наличии ссылки на сайт.